Оказывается, – птичье гнездо.

Поглядел я, – верно! Вот сорочье гнездо: как из бревен, все из сучьев сложено, пол глиной вымазан, соломкой устлан, посередке вход; крыша из веток. Чем не избенка? А топора сорока никогда и в лапках не держала.

Крепко тут пожалел я птицу: трудно, ох как трудно, поди, им, горемычным, свои жилища без рук, без топоренка строить! Стал я думать: как тут быть, как их горю пособить?

Рук им не приделаешь.

А вот топор... Топоренок для них достать можно.

Достал я топоренок, побежал в сад.

Глядь, – козодой-полуночник на земле между кочек сидит. Я к нему:

– Козодой, козодой, трудно тебе гнезда вить без рук, без топоренка?

– А я и не вью гнезда! – говорит козодой. – Глянь, где яйца высиживаю.

Вспорхнул козодой, – а под ним ямка между кочек. А в ямке два красивых мраморных яичка лежат.

"Ну, – думаю про себя, – этому ни рук, ни топоренка не надо. Сумел и без них устроиться".

Побежал дальше.

Выбежал на речку. Глядь, там по веткам, по кусточкам ремез-синичка скачет, – тоненьким своим носиком с ивы пух собирает.

– На что тебе пух, ремез? – спрашиваю.

– Гнездо из него делаю, – говорит. – Гнездо у меня пуховое, мягкое, – что твоя варежка.

"Ну, – думаю про себя, – этому топоренок тоже ни к чему – пух собирать..."

Побежал дальше.

Прибежал к дому. Глядь, под коньком ласточка-касаточка хлопочет – гнездышко лепит. Носиком глинку приминает, носиком ее на речке колупает, носиком носит.

"Ну, – думаю, – и тут мой топоренок ни при чем. И показывать его не стоит".

Побежал дальше.

Прибежал в рощу. Глядь, там на елке певчего дрозда гнездо. Загляденье, что за гнездышко: снаружи все зеленым мхом украшено, внутри – как чашечка гладкое.

– Ты как такое себе гнездышко смастерил? – спрашиваю. – Ты чем его внутри так хорошо отделал?
– Лапками да носом мастерил, – отвечает певчий дрозд. – Внутри все цементом обмазал из древесной трухи со слюнкой со своей.

"Ну, – думаю, – опять я не туда попал. Надо таких искать птиц, что плотничают".

И слышу: "Ту-тук-тук-тук! Тук-тук-тук-тук!" – из лесу.

Я туда. А там дятел.

Сидит на березе и плотничает, дупло себе делает – детей выводить.

Я к нему:

– Дятел, дятел, стой носом тукать! Давно, поди, голова разболелась. Гляди, какой я тебе инструмент принес: настоящий топоренок!

Поглядел дятел на топоренок и говорит:

– Спасибо, только мне твой инструмент ни к чему. Мне и так плотничать ладно: лапками держусь, на хвост обопрусь, пополам согнусь, головой размахнусь, – носом ка-ак стукну! Только щепки летят да труха!

Смутил меня дятел: птицы-то, видно, все – мастера без топора.

Тут увидел я гнездо орла. Большущая куча столстых сучьев на самой высокой сосне в лесу.

"Вот, – думаю, кому топор-то нужен: сучья рубить!"

Подбежал к той сосне, кричу:

– Орел, орел! А я тебе топоренок принес!

Рознял орел крылья и клекочет:

– Вот спасибо, парнишка! Кинь свой топоренок в кучу. Я сучков на него еще навалю – прочная будет постройка, доброе гнездо.