Жил-был старик, по имени Тачкум. Он был хитер, ленив и к тому же большой враль. Однажды в осеннюю дождливую ночь, когда, как говорят, и собаку из сеней не выгонишь, вышел Тачкум во двор. Взглянул он на хмурое небо и важно произнес:
— Ночь подходящая... Вот, если побродить — сколько можно было бы у разных воров отнять похищенного добра!
услышала эти слова жена Тачкума и подумала:
«Надоел он мне своим бахвальством. Вот как раз подходящий случай: отобью у него раз навсегда охоту болтать и хвастаться!»
Недолго думая, она сунула Тачкуму в руки старую, свалявшуюся бурку и дорожную сумку. В неё она положила шило, кружок свежего сыру и насыпала немного муки, потом вывела мужа на крыльцо и сказала:
— Надоели мне твои болтовня и безделье! Иди куда глаза глядят. Когда станешь таким, как должно быть в твои годы, можешь вернуться. А сейчас — убирайся!
И она захлопнула дверь у него перед носом.
Стал Тачкум горько каяться. Но было поздно: он знал, что старуха его больше в дом не впустит. Махнул Тачкум рукой и пошел куда глаза глядят.
Шел он шел, подошел наконец к большой реке и видит: на другом берегу стоит великан — адау. Глянул великан на Тачкума и крикнул:
— Эй, сморчок! Перенеси меня через реку!
— Ишь, что вздумал, чурбан волосатый! Сам перенеси меня! Ни на что другое ты больше не годишься! — дерзко ответил старик Тачкум.
А осмелел он так потому, что река вздулась от дождей, и ве-яякану до него никак нельзя было добраться.
Услышал великан такой ответ и сильно рассердился. Схватил он на берегу большой камень и так сжал его, что из камня потекла вода.
— Вот так же я и из тебя дух выпущу, наглец ты этакий! — крикнул он.
Тачкум незаметно вынул из сумки кружок сыра, нагнулся, словно и он поднял камень, и выжал воду из сыра.
— Вот так же и я из тебя дух выпущу, если ты сейчас же не перенесешь меня через реку! — пригрозил Тачкум.
Великан поднял другой камень и так сжал его, что камень превратился в песок.
— Вот так же и я тебя превращу в пыль, ничтожный старик, если ты не перенесешь меня через реку! — крикнул великан.
Тачкум выхватил из своей сумки горсть муки и опять нагнулся и сделал вид, будто поднимает камень. Сжал он пальцы, словно давит камень, и высыпал муку на землю.
— Эй, ты, пока еще цел и невредим, переходи скорее реку и перенеси меня на ту сторону, а то я сотру тебя в порошок! — пригрозил Тачкум.
Испугался великан. С трудом перешел реку, посадил Тачкума на плечи и понес его, борясь с сильным течением. На середине реки великан удивленно сказал:
— Однако, какой же ты легкий, старик!
— Это тебе только кажется,— ответил Тачкум.— Легко тебе меня нести потому, что я держусь за небо. А не буду держаться, пожалуй, тебе и не по силам будет выдержать мою тяжесть!
— Ну-ка, чуть-чуть отпусти небо, не держись за него! — сказал великан.
Тачкум вынул шило и стал колоть великана в спину.
— Ой, держись за небо! — заревел великан громким голосом.— Ой, держись! А то мне не удержать тебя!
Тачкум спрятал шило, и великан понес его дальше. Перенес великан старика через реку.
Тачкум и великан отправились вместе. Великан перепрыгивал через горы, а старик крепко держался за его подол. Так они долго путешествовали. Когда стали приближаться к жилищу великана,
Тачкум говорит:
— Послушай, мы проголодались, надо бы пообедать. Давай-ка
наловим дичи.
Когда великан остановился, перед ним оказался Тачкум. Великан удивился; он никак не мог представить себе, каким образом старик опередил его. Великан сказал Тачкуму:
— Иди в лес и гони на меня дичь, а я буду ловить её. Потом мы приготовим себе завтрак.
Тачкуму хоть и стало боязно, но отказаться было еще страшнее. Пошел он в лес.
Там, заглушая свой страх, он поднял такой крик, что звери кинулись кто куда. Великан наловил их вдоволь, содрал с них шкуры и подвесил мясо к ветвям под огромным деревом. Немного погодя Тачкум вернулся.
— Почему ты мало подогнал зверья? Разве этого нам хватит? — спросил великан.
Тачкум прямо окаменел от удивления, когда увидел, сколько туш развесил великан. Однако же не растерялся.
— Уж больно,— говорит он,— трусливо было зверье: во все стороны опрометью бросилось... А то, конечно, пригнал бы куда
больше!
— Подожди здесь, а я пойду в лес подальше и подгоню еще
дичи, а ты с ней разделывайся!
Великан ушел в лес и стал ломать деревья и топтать кустарники. Звери кинулись к опушке, где сидел Тачкум. И вот видит Тачкум, что прямо на него бежит огромный кабан. Старик едва успел схватиться за нижнюю ветку дерева и подтянуть ноги. Кабан с разбегу всадил клыки в дерево — так и врезался в него.
Тут Тачкум заметил в дупле маленькую птичку, он поймал её и опять сел под деревом. Вернулся великан и стал спрашивать:
— А где же зверье, которое я выгнал из лесу?
— А вот и все, что ты выгнал,— ответил Тачкум, указывая на кабана и птичку.— Больше я ничего не заметил. Кабана я ткнул мордой в ствол, вот он, стоит, шкуру с него сам снимай, а птичка вот у меня в руках.
Великая рассердился:
— Ты поймал какую-то пичугу вроде тебя самого! Для чего
она нам нужна?

Тачкум выпустил из рук птичку и крикнул:
— Смотри, великан! Если ты не поймаешь её, я тебя превра-щу в такую же птичку!
Великан струсил, погнался за птичкой, но не смог её поймать.
— Ладно,— сказал Тачкум, — так и быть, прощу тебя на этот раз!
Смущенный великан взвалил иа спину дичь и повел Тачкума к своему жилью. Тут великан занялся дичью. Он отломил ветку, сбил с неё сучья, ободрал кору и стал насаживать на неё дичь, как на вертел, а старика попросил принести дров.
Тачкум бродил, бродил по лесу и не знал, что ему делать — ведь силы-то у него не было, чтобы деревья ломать. Сообразил он наконец как ему поступить: выкрутил несколько лоз дикого винограда, связал их и стал перевязывать деревья, которые росли близко одно к другому. Великан ждал, ждал — нет старика. Пошел он в лес искать Тачкума. Нашел и говорит с досадой:
— Что ты так долго тут возишься?
— Разве ты не видишь, что я делаю? — говорит Тачкум. — связываю десяток деревьев, чтобы сразу их перетащить.
— Буду я ждать, пока ты с этим справишься! — проворчал великан.
Он вырвал с корнем громадное сухое дерево, взвалил на плечи и отправился домой. Тачкум сел на ветку дерева, а когда они вошли во двор великана, он сразу спрыгнул с ветки. Великан с шумом бросил дерево на землю.
Развели костер, принялись варить мясо в котле и печь чурек. Когда сварили мясо и вынули его из котла, великан дал Тачкуму кувшинчик и послал его за вином в погреб. Тачкум наполнил черпалку — акуапей вином и попытался поднять, но не удержал его и уронил в глиняный кувшин, зарытый в землю. Стал он бегать вокруг кувшина. Великан, заждавшись его, встал, пришел к нему и спросил:
— Что ты мешкаешь?
— Зачем каждый раз тащить по кувшинчику? Не лучше ли вытащить из земли глиняный кувшин и забрать его? — сказал Тачкум.
— А зачем вытаскивать большой кувшин, нам же хватит и этого кувшинчика,— сказал великан.— И он стал черпаком наливать в него вино, а Тачкума послал присмотреть за чуреком, чтоб тот не подгорел.
Тачкум пришел и хотел снять чурек со сковороды, но не выдержал её тяжести и упал под чурек. Когда великан пришел с вином, видит, что ноги старика торчат из-под чурека.
— Что ты делаешь, богом проклятый? — спросил великан.
— Усталость моя сказывается, да и стареть начал, приболел. Вот и решил полежать в теплоте, чтоб немного пропотеть,— ответил Тачкум.
Великан рассердился, схватил чурек и поднял его. Бедный Тачкум, почесывая тело, встал, весь в поту. Великан снял чурек со сковороды и пошел за листьями, на которые должны были положить мясо.
Когда мясо зажарилось, Тачкум сказал:
— Что нам сидеть в духоте, давай пообедаем на воздухе.
А двор великана, как высмотрел Тачкум, кончался крутым обрывом. Вышли оба во двор и уселись на краю обрыва. Великан положил перед Тачкумом целого оленя и сказал:
— Ешь!
Тачкум съел несколько кусочков мяса, а большие куски незаметно стал сбрасывать вниз. Великан с такой жадностью пожирал мясо, что даже и не заметил проделки хитрого старика. Скоро и перед великаном и Тачкумом лежали одни кости.
— Эх,— говорит Тачкум,— поел бы еще, да нечего!
Диву дался великан: никогда не встречал он такого едока!
Когда стемнело, великан предложил Тачкуму остаться у него на ночлег, но Тачкум побоялся оставаться на ночь с силачом-великаном и сказал, что он всегда спит на свежем воздухе.
Великан никак не мог понять повадок старика и задумал как-нибудь избавиться от него. «Как только старик заснет, ошпарю его кипятком...» — думает великан. Хитрый Тачкум по косым взглядам великана догадался, что тот что-то замышляет и решил держать ухо востро.
Ночью Тачкум взял бревно, положил его на то место, где должен был спать, накрыл буркой, а сам спрятался за дерево и стал ждать. В полночь великан встал, принес большой котел кипятку и облил бревно, покрытое буркой, думая, что это старик спит. После этого он спокойно улегся, уверенный, что покончил со стариком. А Тачкум утром пришел к великану и сказал:
— Эту ночь мне что-то было жарко. Я сильно вспотел и видел плохие сны.
Великан прямо обомлел от удивления, но ничего не ответил, А сам тут же решил в следующую ночь прикончить старика. «Накалю,— думает,— железный прут и проткну старика, когда он заснет. Если не сделаю этого, он и сам меня погубит...»
Тачкум знал, что великан не оставит его в покое, и поступил так же, как и в первую ночь: положил под бурку бревно, а сам спрятался.
Ночью великан подкрался к постели и вонзил раскаленный железный прут в бревно, покрытое буркой. «Ну, на этот раз я разделался со стариком!» — подумал он и отправился спать. Когда великан ушел, Тачкум тоже спокойно уснул.
Утром старик зашел в жилье великана, стал зевать и жаловаться:
— Всю ночь меня кусала блоха и не давала спать! Великан подумал:
«Что это за диковинный человек?! Кипяток он принимает за пот, раскаленное железо — за укус блохи...»
Задумался великан, как бы ему все-таки избавиться от старика, и сильно вздохнул. От этого вздоха старик взлетел вверх, ударился о балку, схватился за неё и повис. Удивился великан:
— Зачем ты туда прыгнул? Что ты там делаешь?
— Я голоден и хочу насадить тебя на эту балку, изжарить и съесть,— сказал Тачкум.
Великан страшно перепугался, выбежал из дому и скрылся в лесу.
Тачкум спрыгнул вниз, обыскал дом великана, нашел много золота и серебра. Взвалив на плечи столько драгоценностей, сколько в силах был поднять, он вернулся домой.
От страха великан не решался вернуться в свой дом. Однажды, когда он сидел в лесу, к нему подошел шакал и спросил его:
— Что с тобой случилось? Великан излил ему свое горе. Шакал захохотал, а потом и говорит:
— Кого же ты принял за героя! Когда я к ним прихожу воровать кур, то из дому обычно выходит его жена, а он и носу не показывает, до того пуглив! Пойдем и расправимся с ним так, как твоей душе будет угодно!
Великан обрадовался, он обещал целый месяц кормить шакала костным мозгом дичи, если тот поведет его в дом Тачкума.
Шакал вместе с великаном отправился в путь и привел его в дом Тачкума. Хозяин увидел их еще издали. Когда они вошли во двор, старик громко сказал жене:
— Эй, поскорей подай-ка мне ружье, из которого я убиваю великанов: я чую запах какого-то великана.
Великан испугался и, решив, что шакал обманул его, схватил его за хвост, поднял вверх и так сильно ударил его о землю, что тот разлетелся по кусочкам. А сам великан убежал обратно в лес.
С тех пор в Абхазии не появлялись великаны. А что касается нашего Тачкума, то он зажил богато. И двери его дома всегда были широко открыты для гостей.