|
У одной маленькой девочки умерла мать. Отец
погоревал-погоревал и привел в дом новую жену. Была она вдовой и
имела свою дочку.
С приходом мачехи у сиротки началась совсем другая жизнь. Мачеха
заставляла ее делать всю черную работу по дому и почти не
кормила: даст кусок холодной пасты с солью да кружку воды, вот и
вся еда — и на завтрак, и на обед, и на ужин.
Удивлялась мачеха: сиротка работала от зари до зари, ничего не
ела, а росла и хорошела на глазах. Она не знала, что перед
смертью мать девочки отрезала свою грудь и отдала ее дочери со
словами: «Когда нечего будет есть, пососи мою грудь —
насытишься».
И сиротка часто прикладывалась к материнской груди, и это
придавало ей силы.
Задумала мачеха извести падчерицу и стала еще больше обижать ее.
Однажды, когда девочка поздно вечером закончила все дела по дому
и хотела присесть отдохнуть, мачеха стала бранить ее и оставила
без ужина.
Пошла девочка к сундуку, где лежала материнская грудь, и только
достала ее, как сзади подкралась мачеха. Вырвала она у девочки
грудь, выбежала во двор и бросила ее в реку, которая протекала
через их двор. А падчерицу приволокла в дом и заперла в темной
комнате. Несколько дней продержала она ее там, а потом
выпустила.
У сиротки была только одна мысль — отыскать материнскую грудь.
Отправилась она в путь, пошла по берегу речки, в которую злая
мачеха бросила грудь.
Шла она шла и увидела под деревом птичку. У нее было сломано
крыло, и она никак не могла взлететь на дерево.
— Помоги мне, маленькая красавица, у меня сломано крыло, посади
меня обратно на дерево, когда-нибудь и я пригожусь тебе!
— Обязательно посажу, только скажи мне, не видала ли ты грудь
моей матери, которую унесли волны этой речки?
— Не горюй, ты обязательно найдешь ее! — сказала птичка.
Посадила девочка птичку на дерево и пошла своей дорогой. Шла она
шла и увидела огромного быка — он застрял в болоте и не мог
выбраться из него.
— Не видел ли ты, бык, грудь моей матери, которую унесли волны
этой речки!
— Я не видел, но ты непременно найдешь ее. Помоги мне выбраться
из трясины! — сказал бык.
Только взялась девочка за бычий рог, как он вышел из болота и
поблагодарил ее за помощь.
Пошла девочка дальше. Много ли, мало ли шла она и увидела печку.
— Помоги мне, маленькая красавица, — заговорила печка.— Вот уже
десять лет, как меня не топили, оттого я и летом замерзаю.
Положи дрова, разведи огонь, чтобы я согрелась— когда-нибудь и я
пригожусь тебе.
— Я помогу тебе, разведу огонь, но скажи, печка, не видала ли ты
грудь матери, которую унесли волны этой речки?
— Аллах возвратит ее тебе,— сказала печка.
Девочка развела в печке огонь и пошла своей дорогой.
Шла она, бежала, шла, бежала и увидела однажды на берегу реки
высокий дом: был он весь из стекла и сверкал на солнце.
Девочка вошла в дом и огляделась. В нем никого не было, и она
поняла, что здесь давно не убирали. Прошла девочка дальше и
увидела в колыбели младенца — он громко плакал. Она взяла
ребенка, помыла его, перепеленала, постелила в люльке все чистое
и положила его обратно. Потом она выстирала белье, перемыла
посуду, убрала в комнате. После этого взяла ребенка и стала с
ним играть.
Вскоре вернулся хозяин. Он удивился, найдя в доме порядок, но,
когда увидел девочку, все понял.
— Чья ты, девочка, как попала в наши края? — спросил он. Она
рассказала, что злая мачеха бросила в реку грудь ее покойной
матери и теперь она идет, чтобы найти ее.
— Ты непременно найдешь ее!—сказал хозяин дома. — А пока возьми
этот сундук и возвращайся к себе.
И он дал девочке сундук — она едва подняла его — и гомы-ле на
дорогу.
Пустилась сиротка в обратный путь. Долго шла она, и кончились ее
припасы. Стала она голодать. И тут увидела она печку, которую
топила. Печка была горячая, а в ней — много теплого хлеба.
— Подойди ко мне, девочка, поешь хлеба! — сказала печка.
Накормила она девочку досыта и дала ей хлеба в дорогу. Пошла
девочка дальше. Вскоре она увидела знакомую птичку, та громко
пела, а из клюва ее сыпались золотые зернышки, их под деревом
была уже целая куча.
— Подойди ко мне, девочка, возьми себе золота, сколько сможешь
донести, — сказала птичка, — ведь ты помогла мне в ненастный
день.
Девочка насыпала золота в свой платок и пошла дальше. Тем
временем во дворе ее отца громко запел петух:
— Кукареку! Возвращается та, которая несет золото!
Мачеха выскочила на крыльцо, стала прогонять петуха:
— Чтоб ты сгорел в огне — что ты говоришь! Скажи лучше, что
падчерица давно умерла!
Убежал петух подальше, а вскоре снова подошел к крыльцу и запел:
— Кукареку! Возвращается та, которая несет золото!
И снова мачеха с проклятиями прогнала петуха. Но через некоторое
время он снова подбежал к крыльцу и в третий раз пропел свои
слова.
В это время отворилась калитка, и во двор вошла девочка. В одной
руке она держала сундук, в другой — платок с золотом.
Мачеха с дочерью выбежали на крыльцо, будто они и вправду были
рады возвращению сиротки. Они ввели ее в дом, стали обнимать и
угощать.
Вечером, когда вернулся с поля отец, решили посмотреть, что же
принесла сиротка. Открыли сундук и ахнули — каких только нарядов
там не было, и все из золота, а сверху лежала грудь девочкиной
матери.
И тут решила мачеха послать свою дочку, чтобы она тоже вернулась
с такими же подарками. В один миг отрезала она свою грудь и
бросила ее в речку. Потом быстро приготовила го-мыле и отправила
дочь в дорогу.
— Найди и принеси мою грудь,— сказала она. Неохотно отправилась
в путь мачехина дочка. Шла она шла
и увидела под деревом птичку. У нее было сломано крыло, и она
никак не могла взлететь на дерево.
— Помоги мне, маленькая красавица, у меня сломано крыло, посади
меня обратно на дерево, когда-нибудь и я пригожусь тебе! —
сказала птичка.
— Скажи, не видала ли ты грудь моей матери, которую унесли волны
этой речки, тогда посажу.
— Ты обязательно найдешь ее, только помоги мне,— отвечала
птичка.
— Хоть умри — не посажу! — сказала мачехина дочка и пошла
дальше.
Шла она шла и увидела огромного быка — он застрял в болоте и не
мог выбраться из него.
— Эй, старый бык, не видал ли ты грудь моей матери, которую
унесли волны этой речки?
— Я не видел, но ты непременно найдешь ее. Помоги мне выбраться
из трясины, — попросил бык.
— Чтоб ты сгинул в болоте, зачем залез туда? Не стану тебе
помогать, некогда мне с тобой возиться! — сказала мачехина дочка
и пошла дальше.
Много ли, мало ли шла она и увидела печку. .
— Помоги мне, маленькая красавица, — заговорила печка. — Вот уже
десять лет, как меня не топили, оттого я и летом замерзаю.
Положи дрова, разведи огонь, чтобы я согрелась — когда-нибудь и
я пригожусь тебе.
— Ты говоришь чепуху, скажи лучше, не видала ли ты грудь моей
матери, которую унесли волны этой речки?
— Не беспокойся, найдешь ее, — отвечала печка.
— И ты тоже не беспокойся — кто-нибудь разведет огонь, и ты
согреешься.
— Не ленись развести огонь, я замерзаю!
— Не разведу, мерзни еще! — С этими словами мачехина дочка пошла
дальше.
Много ли она шла, мало ли шла и увидела однажды на берегу реки
высокий дом: был он весь из стекла и сверкал на солнце.
Вошла в него мачехина дочка, огляделась. В нем никого не было, и
она поняла, что здесь давно не убирали. Прошла она дальше и
увидела в колыбели младенца — он громко плакал. Разозлилась
мачехина дочка:
— Здесь никого нет, и мне придется нянчить его — лучше я убью
его.
В это время вернулся хозяин.
— Чья ты, девочка, как попала в наши края? — спросил он.
— Я ищу грудь своей матери — ее унесли волны нашей речки, —
отвечала мачехина дочка.
— Ты непременно найдешь ее, а пока помоги мне — прибери в доме,
постирай, вымой посуду: у меня умерла жена, я один не справлюсь
с хозяйством.
— Конечно, приберу, — сказала мачехина дочка, а сама еще больше
все разбросала. Потом взяла палку и перебила всю посуду. Смотрит
хозяин, что делает гостья,— ничего не говорит.
— А теперь, красавица, искупай моего ребенка,— сказал он.
Мачехина дочка взяла ребенка, вынесла его во двор, положила на
пенек и отрубила ему голову.
Потом она вошла в дом и обратилась к хозяину.
— Я сделала все, что ты велел, теперь отдай мне грудь моей
матери!
— Да, ты все сделала прекрасно. Получай! — сказал хозяин и
протянул гостье большой сундук, точно такой же, какой он отдал
сиротке.
Обрадовалась мачехина дочка, схватила сундук и заторопилась
домой — она думала, что сундук полон золота.
Шла она шла и проголодалась — она ведь не взяла на обратный путь
гомыле. В это время увидела она печку, которую отказалась
затопить. Печка была горячая, а в ней было много теплого хлеба.
— Я умираю с голоду, дай мне кусочек хлеба, печка-красавица! —
взмолилась мачехина дочка.
— Вспомни, что ты сказала мне, когда я попросила тебя развести
огонь,— отвечала печка.— Не только не дам тебе хлеба, но даже и
близко не подпущу!
И она прогнала мачехину дочку прочь.
Пошла она дальше и вскоре увидела знакомую птичку. Она громко
пела, а из клюва ее сыпались золотые зернышки — их под деревом
была уже целая куча.
— Прошу тебя, золотая птичка, дай мне немного золота, я отнесу
его матери!— попросила мачехина дочка.
Но птичка не дала ей ни зернышка.
Шатаясь от голода, пошла мачехина дочка дальше. Тем временем во
дворе у них громко запел петух.
— Кукареку! Возвращается мачехина дочка, несет сундук со всякой
нечистью!
Мачеха выскочила на крыльцо, стала прогонять петуха.
— Чтоб ты сгорел в огне — что ты говоришь! Скажи лучше, что
возвращается моя дочь с золотой ношей.
Убежал петух подальше, а вскоре снова подошел к крыльцу и запел:
— Кукареку! Возвращается мачехина дочка, несет сундук со всякой
нечистью!
И снова мачеха с проклятиями прогнала петуха. Но через некоторое
время он снова подбежал к крыльцу и в третий раз пропел свои
слова.
Не выдержала мачеха — убила петуха палкой.
В это время отворилась калитка, и во двор вошла мачехина дочка с
сундуком в руках.
Выбежала мать ей навстречу, обрадовалась, когда увидела сундук.
Завела она дочку в дом, не терпелось ей узнать, что она
принесла. Но прежде мачеха велела закрыть двери, чтобы никто не
узнал об их богатствах. Когда же сундук открыли, увидели в нем
червей, змей, ящериц. Они изгрызли мачехину грудь и сидели в
ней.
Из сундука выползла огромная змея — она ужалила сначала мачеху,
потом ее дочку, и они тут же умерли. Хотели они погубить
девочку-сиротку, а погибли сами.
А отец с дочерью зажили с тех пор счастливо.
|
