Старик Эрохот жил на берегу галечной протоки, он лисичку воспитывал. Потом она от них ушла, перешла через галечную протоку, нашла лабаз инитов, залезла на лабаз, взяла рыбы и отнесла старику Эрохоту. Люди переночевали, утро настало. Она опять ушла к этому лабазу, залезла на лабаз и сбросила вниз тайменя — земля заколыхалась. У инитов Каськет живет. Инит Каськету говорит:

— Сходи наружу, посмотри!

Каськет отвечает:

— Да нет там никого.

Лисичка тайменя опять унесла старику Эрохоту, принесла ему. Инит вышел, нашел след лисички, погнался за ней, гонял*, гонял. Долго ли, мало ли гонял — лисичка ударилась о землю и трехногим конем стала, а инит в Каськета превратился. Каськет сел верхом на коня и вперед поскакал, скакал да скакал.

Каськет слушает — шаманское дерево¹ как косач² поет. Он туда посмотрел — люлька к дереву привязана. Он в нее прыгнул, качаться стал. Качался, качался — его вверх приподняло. Потом он вверх ушел в личине оленя³. Там наверху орлиное гнездо. Он маленьких орлят трясти стал. Орлята запищали. Орлица⁴ прилетела к своим птенцам. Каськет орлице сказал:

— Дай мешочек для огнива!

Орлица ответила:

— Ты сходи к морю, от ерша мой коготь принеси, тогда я тебе мешочек отдам.

Каськет оттуда ушел. Долго ли, мало ли шел.

Каськет (лисичка)⁵ идет, идет, о землю ударился — Тыльгетом
с лиственничкой стал. Тыльгет на лиственнице сидит. Откуда-то прилетел орел. Орел хотел поймать его, а Тыльгет у него выхватил один глаз. Тыльгет с лиственничкой опять Каськетом сделался.

Он шел, шел, к берегу моря пришел. Каськет взглянул: «Где же это ерш притаился?» Каськет сам с собой разговаривает: «Куда-то к ка-
кому-то ершу меня посылают!»

Немного погодя тель⁶ свой нос из моря наружу высунула.

— Внучек, — она говорит, — что ищешь?

— Бабушка, послала меня орлица за ее когтем, сказала, что ерш его унес.

Тель сказала:

— Внучек, внучек, орлица хотела меня схватить, ее коготь у меня остался. Внучек, я его не отдам. Мои рога зимой ко льду примерзли. Если ты мои рога мне принесешь, тогда я отдам коготь.

Каськет ушел, на берегу моря в песке рога ищет. Много ли, мало ли времени прошло, он сам не знал. Взглянул вперед — на песке люди сидят. Они так пьянствовали! Каськет хорошенько их рассмотрел — а это литыси сидят. Каськет вымазал себя сажей, сделался похожим на литысей, подошел к ним, возле них сел.

Литыси так пили! Они Каськету водку наливают, полный рожок. Каськет сделал вид, что выпил, сам водку в сторону выплеснул, а пустой рожок за пазуху затолкал. Они тут пили-пили, литыси в песке
вымазались. Каськет снова и снова водку в сторону выливал и рожок за пазуху заталкивал. Так они дали ему семь рожков. Винопитие кончилось, литыси ничего уже не видят. Тем временем Каськет к тель ушел. А литыси потом догадались: «Это, — сказали они, — с белого света человек у нас был, он с нами пьянствовал, а теперь куда-то исчез».

Каськет шел, шел, в то место пришел, где раньше тель в воде лежала. Каськет место вокруг осматривает, а тель из моря наружу высунулась. Каськет сказал:

— Бабушка, я принес твои рога.

Тель сказала:

— Ну вот, вот, очень хорошо!

Тель отдала Каськету коготь орлицы, а он отдал ей рога. Каськет в обратный путь отправился.

Долго ли, мало ли он шел, шел — то место, где Тыльгет и лиственничка, опять нашел. Тыльгет на гармошке играет⁷, ни на кого внимания не обращает. Он вниз взглянул — у комеля лиственнички оселок лежит. Он его засунул за пазуху и опять залез на лиственничку. А она как играла на гармошке, так и играет⁸.

Море поднялось. Каськет оселок из-за пазухи вытащил, на сук лиственнички оселок положил, а морская вода до оселка дошла и его взяла. Каськет на гармошке играет и играет, а откуда-то орел прилетел и на верхушке лиственницы сел. Тыльгет орлу его глаз отдал⁹. Каськет сказал орлу:

— Коготь орлицы я тебе не отдам.

Орел Каськета понес. Долго ли, мало ли они летели, прилетели
к гнезду орлов. Каськет орлице сказал:

— Вот твой коготь.

Орлица его взяла, на палец надела. Орлица отдала огниво.

— Теперь, — говорит, — спустись вниз к старику Эрохоту.